Идеальные  - Каролина Бринкманн

– В Авентине знают об этом? – прохрипела она.

– Я не знаю. Все произошло так внезапно.

Надежда на спасение утонула, как камень в море. Повстанцы показали Авентину, что Серый округ больше ему неподвластен. Как Благословенные узнают, где они спрятали Рейну?

– Что с Дафной? – спросила она.

Всхлипывания с другой стороны дали Рейне понять, что женщина все еще была жива. Рейна удивилась, насколько приятным было для нее это известие.

– Все в порядке, Дафна?

– В порядке?! – отозвалась Дафна, и ее слова утонули в рыданиях. – Они отобрали мой чай с сиропом!

– Что происходит? – прошептала Рейна.

– Я не знаю… Мой сироп… – всхлипывала Дафна. – Эти варвары…

– Сейчас я совсем не могу себе представить, что ты была лучшим представителем из всех, что Тиберий только мог найти.

Рейна не знала, сколько времени прошло с тех пор, как открылась дверь.

– Возьмите женщину с собой. – Она не узнавала этот голос, но этот повелительный и полный ненависти тон не сулил ничего хорошего. Дафна извивалась недалеко от Рейны, когда ее потащили прочь.

– Нет! – женщина упрашивала их и содрогалась всем телом. – Пожалуйста! Отпустите меня!

– Что вы от нее хотите? – крикнула Рейна, но никто не счел нужным ей отвечать.

– Райана! – визжала Дафна. – Сделай что-нибудь! Рай-а-на!

Ее волокли по полу. Затем дверь снова закрылась. Ее крики все отдалялись, и снова наступила тишина; было слышно только монотонное дыхание и работа машин.

– Если бы они хотели нас убить, они бы уже сделали это, правда? – прошептал Бишоп. – Ну, если они, конечно, не собираются казнить нас на глазах у Авентина.

Рейне стало холодно. Она почти не чувствовала своих рук.

– Или они хотят выпытать из нас какую-то информацию, – предположил Бишоп. Он сделал паузу. – Возможно, они не хотят никакой информации и пытают нас просто из чистого садизма. Интересно, что у них за методы. Я слышал о варварских пытках с использованием крыс-мутантов и червей.

Дафна не вернулась. Когда дверь открылась в следующий раз, они забрали Бишопа.

– Пожалуйста, без червей, – умолял он, когда его вытаскивали из комнаты.

Рейна осталась одна. Она попыталась двигаться, потому что холод пронзал ее до костей, а ее конечности онемели.

– Андромеда, Эм, Найф… – прошептала Рейна, закрывая глаза. Она часто их вспоминала.

Ее потащили куда-то, немного ослабив веревки. Она чувствовала покалывание в руках, когда кровь снова вернулась в кончики ее пальцев. Повстанцы убрали руки ей за спину и крепко ее держали. Рейна рычала, пытаясь освободиться, но ее сжимали все крепче. Они вывели ее в какой-то коридор и повели в лифт, который еще некоторое время ехал вниз. Рейна старалась запомнить этот путь, но они так часто куда-то сворачивали, что она, наконец, сдалась.

– Что случилось? Вы хотите меня убить? – спросила она.

– Не волнуйся, Болт пока что планирует оставить тебя в живых.

– Болт? – По ее спине побежали мурашки, и она замерла. Это тот самый Болт, которого так любила Шторми? Этот «ненадежный идиот» Болт, которого она считала своим отцом в течение шестнадцати лет?

– Да, он здесь главный.

Что за Каллисто!

Повстанцы привели ее в комнату, где с ее головы сняли мешок. Ее толкнули на стул.

– Оставьте нас наедине. – Она подозревала, что это был мужчина в красной маске. Он снял свою маску, и, хотя мать мало о нем говорила, Рейна узнала его.

– Насколько я понимаю, ты Болт?

Он кивнул. Значит, это он. Она часто представляла себе, как он мог выглядеть. Он был высоким и очень спортивным, но его лицо было худым, а волосы светлыми, в некоторых местах уже седыми. Он выглядел усталым: человеком, который боролся всю жизнь, а теперь не хочет ничего, кроме как отдохнуть от всего этого.

– Мне очень жаль, что мы знакомимся при таких обстоятельствах, Рейна, – начал он, грустно улыбаясь. Он был почти не похож на бойца, но его глаза выдавали неподдельную злобу.

– Мне тоже жаль, – ответила Рейна. – Может, вы хотя бы освободите меня от веревок?

– Нет, дитя мое. Не сейчас.

– Очень жаль.

Они вдвоем сидели в какой-то аскетично обставленной комнате. Там была койка со старым матрасом, стол со стульями и открытый шкаф с одеждой. В комнате не было окон, но, судя по звукам, они находились под каким-то заводом.

– Что вы сделали с Дафной и Бишопом? – Она не хотела слушать его оправданий и сразу приступила к делу.

– Ну, у женщины была паническая атака, но в целом все в порядке. Мы их… допросили, – объяснил Болт. Он говорил так, будто он этого не одобряет. Рейна отметила его актерские способности.

– Я хочу их увидеть.

– Всему свое время. – Он взял Рейну за подбородок и изучал ее с любопытством змеи, рассматривающей свою добычу. Его указательный палец скользнул по ее щеке, но она решила, что не покажет своего страха. Она укусила его. Он был удивлен, но готов к этому. Быстрым движением он увернулся, схватив ее за волосы и грубо откинув ее голову назад.

– Ты очень похожа на Шторми, – сказал он.

Она показала ему зубы и смотрела на него как можно более яростно.

– Когда ты заявилась к нам сюда, желая спасти свою маму, ты мне понравилась, малышка. Ты преданная, и я очень ценю это качество в людях.

– О, правда? – зарычала Рейна. – А как насчет твоей верности Шторми?

– Я снова принял ее в наши ряды, хотя она бросила нас в беде, чтобы заняться твоим воспитанием. Я бы сказал, я очень по-доброму с ней поступил, – он тянул голову Рейны назад.

– Ты совсем ничего не понимаешь. – Рейна попыталась плюнуть в него, но из ее положения под углом это было глупой затеей, поэтому слюна просто бесполезно повисла на ее подбородке.

– Может быть, Шторми была права, и в тебе действительно больше от призрака, чем от Благословенной, – засмеялся Болт, который, кажется, действительно развеселился из-за ее неудавшейся попытки плюнуть в него. – Очевидно, ты тоже дышала пеплом, который течет по нашим венам, делая нас дикими и сильными. Мы совсем не такие разные, как кажется, ты и я.

– Мы очень разные, – ответила Рейна, пытаясь пнуть его, но он увернулся от ее удара.

– Чем же мы отличаемся от Благословенных? – спросил Болт, отпуская ее голову. – Вы не спите по ночам? Не чувствуете страха, стоя над пропастью? Вам не снятся сны? Вы не плачете, когда вам грустно? Не убегаете, если кто-то гонится за вами? Не чувствуете боли? – Он схватил ее за руки и вывернул ее большой палец так, что он оказался в неестественном положении.

Рейна подавила в себе стон боли.